Катя (inostranka) wrote,
Катя
inostranka

Мысли о насилии

Когда я думаю о человеческих трагедиях, меня больше всего пугает психологическое насилие. Ужасно, когда во время цунами погибают сотни тысяч людей, но такова жизнь - они не виноваты, но и мучались недолго; их жаль, но они не герои и не изгои; несчатный случай, умноженный на сто тысяч. Гораздо сильнее воспринимается преднамеренное человеческое насилие - война, геноцид, убийства из-за денег, насильники детей и женщин. Но и тут жертвам остается гордость, по-крайней мере они могут считать, что тот, кто их мучает - враг, а они - герои или жертвы. Их будут оплакивать, за них бороться, вспоминать о них. По-крайней мере их родные и близкие будут всегда считать их правыми. К тому же помогает если жертвы считают, что по ту сторону их ожидает рай с 70 девственницами.

Психологическое насилие сильнее. Жертву насилуют, а потом убеждают, что так и надо (что жертва сама этого хочет/заслуживает/должна хотеть); как завершающий штрих жертва со временем должна найти новую жертву, лучше всего родную и близкую. В таких случаях меня поражает (и надолго, с ночными кошмариками) не сила физического насилия, а полнота психологической власти. Мальчик, которого в детстве порол отец (и которого он за это ненавидел), бьющий своего родного сына потому, что только так и воспитывают настоящих мужчин. Девушка, добровольно ведущая к своему папе Карло свою еще невинную лучшую подругу. Петухи в тюрьме, остающиеся недобровольными гомиками на выходе из. Девочка, регулярно насилуемая родственником, но боящаяся кому-либо рассказать, потому что он убедил ее, что она сама этого хочет.

На этом фоне жутко тяжело было читать статью о тысячелетнем китайском обычае калечения женских ног. Читая, я понимала, что это плохо и больно, но больше всего меня резали вот эти фразы: "За сопротивление [ходить с перевязанными болящими ногами] мать била меня по рукам и ногам. Избиения и ругательства следовали за тайным снятием повязок [повязки использовались для уменьшения/ломки ноги].(...) Она никогда не позволяла менять по­вязки и вытирать кровь и гной, полагая, что, когда из моей ступни исчезнет все мясо, она станет изящной." Мать - прошедшая через те же мучения, понимающая, и обязанная служить защитой и опорой, эта самая мать накладывала калечащае повязки, будучи уверенна, что именно так и дОлжно быть женщине. И ведь это не единственный случай - в Африке женщинам одевали кольца на шею, для удлиннения; во многих арабских странах девочкам отрезают клитор.

Сама статья - длинная, но хорошо написана, если вас заинтересовала тема. Я не могу сказать, что полностью согласна с последним параграфом:
"Боль является неотъемлемой частью процесса ухода за собой, и это не случайно. Выщипывание бровей, бритье подмышек, затягивание талии, обучение ходьбе в обуви на высоких каблуках, операции по изменению формы носа или завивка волос — все это боль. Боль, конечно, дает прекрасный урок: никакая цена не может быть чрезмерной для того, чтобы стать красивой: ни отвратительность процесса, ни болезненность операции. Принятие боли и ее романтизация начинаются именно здесь, в детстве, в социализации, служащей подготовке женщины к родам, самоотречению и угождению супругу."
Но что-то в этом есть. Не желая оскорблять слух мужчин, не буду входить в биологические подробности, но, думается мне, есть некий перебор в количестве ненужных болезненных действий предпринимаемых девушками и бабушками из-за желания выглядеть согласно последним нормам местной культуры.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments